обратно

1981год

 

В ОСАДКЕ

 

Ребята, я вчера в осадок выпал,

А впасть обратно очень тяжело.

Я пять стаканов без закуски выпил,

Так прибалдел, аж организм свело.

 

Ребята, ведь вчера была получка,

Так что ж в кармане нету ни гроша?

Была в футляре золотая ручка,

Теперь огрызок от карандаша.

 

Ушли ассоциации и мысли,

В усах алеет кожа с помидор,

Вчера меня лупили коромыслом,

Аж поясницу ломит до сих пор.

 

Во рту, ну как в общественной уборной,

В башке, ну как в чугунном котелке.

И вот теперь побитый, удрученный,

Лежу я в собственном осадке.

 

О СЛУЧАЙНЫХ СВЯЗЯХ

 

Я с тобою жил как жил,

Как и все с тобою  жили,

Я тобою дорожил,

Как другие дорожили,

И не то, чтобы берёг,

И не то, что бы лелеял,

Так, зашёл на огонёк,

А глаза открыл в пастели.

 

А постель - ну как постель,

И не чисто, и не грязно,

Но я понял лишь теперь,

Как всё было безобразно.

Ты сказала мне: "люблю",

Я с тобою согласился,

Целых восемь раз на дню,

Я с тобой одной любился.

 

Говорила, что ждала,

Говорила, что любила,

Безвозмездно ты дала,

Даже денег не просила,

Две недели я говел,

А потом всё понял сразу,

А как понял, обалдел:

Что ж ты сделала, зараза?   

 

Мне теперь вся жизнь – тюрьма,

Хоть с моста бросайся в реку,

Я не пью, не до вина,

Вновь не стать мне человеком.

Я к врачу, дрожит рука,

За пятёрку объяснила,

Что болезнь моя пока,

Очень трудно излечима. 

                              

Я пришёл туда, где жил -

О будь проклято то место,

Но тебя и след простыл,

Где теперь ты, неизвестно.

Но учти, если найду,

Приласкаю, как родную,

Утоплю тебя в пруду,

Ну а лучше четвертую.

 

ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ

 

 

Спешит за годом год, и мы стареем,

И жизнь страницы все перечеркает,

И кто-то вдруг уйдет в теней аллею,

Лишь первая любовь не умирает.

 

Как хочется начать порой всё снова,

Чтоб снова чистым стать душой и телом,

Забыть, перечеркнуть, жить по-другому,

Но грязная тетрадь не станет белой.

 

Безоблачным глазам не сразу верьте,

Бывает, что обман в них притаится,

Не верьте вы словам о близкой смерти,

Ведь первая любовь не повторится.

 

Не повторится вновь, обратно не вернётся,

Та, первая любовь - святое чувство.

Вот охладела кровь, но сердце бьётся,

И ты живешь один, вокруг все пусто.

 

А первая любовь, как тень исчезнет,

И встретить ее вновь, ты не сумеешь,

Она удел богов, так кайся грешник,

Кричи, что не виновен, вдруг успеешь

Ты получить своё, с небес, прощенье,

А мне и ни к чему совсем все это

Грехов моих святое отпущенье,

Я постараюсь так дожить на свете.

 

И вряд ли кто из нас сказать сумеет,

Зачем мы в первый раз любовь теряем,

И во второй лишь раз, а то и в третий,

Мы счастье и судьбу ей доверяем.

 

Пословица гласит: "Семь раз отмерьте,

И только лишь потом не сомневайтесь",

И все до одного согласны с этим,

А хочется кричать: "Не соглашайтесь!"

ПЕРВЫЙ СТАКАН

Оглянись, красноносый прохожий,

Мне твой взгляд помутневший знаком,

Мы с тобою строимся быть может,

Если третьего нынче найдем.

 

А первый стакан — пролетает бесследно,

А третий стакан - прогревает мне вены,

А с пятого стакана,

Ползу я до дивана,

Чтоб завтра на заре, всё вновь начать.

 

Жёны нас без усмешек встречают,

На пороге квартиры родной.

И опять безуспешно рыдают,

И покинуть велят дом родной.

 

А первый стакан — пролетает бесследно,

А третий стакан - прогревает мне вены,

А с пятого стакана,

Ползу я до дивана,

Чтоб завтра на заре, всё вновь начать.

 

Первый литр мы допили удачно,

Он прошёл незаметно, как сон.

А теперь мы берёмся за Чачу,

А по русскому за самогон.

 

А первый стакан — пролетает бесследно,

А третий стакан - прогревает мне вены,

А с пятого стакана,

Ползу я до дивана,

Чтоб завтра на заре, всё вновь начать.

 

Вот в глазах засверкали зарницы,

Мы не можем увидеть никак,

Наши славные, добрые лица,

И знакомые лица трудяг.

 

А первый стакан — пролетает бесследно,

А третий стакан - прогревает мне вены,

А с пятого стакана,

Ползу я до дивана,

Чтоб завтра на заре, всё вновь начать.

В ЗАЩИТУ РОКА

В рок—н—роле жилки бились,

Сердцу нет покоя год.

Что с поп—музыкой случилось?

И куда ее несёт?

Старый рок, времен Pink Floyd,

Превратился просто в пыль,

Ну а вместо Paranoid,

Слушать стали Israi1.

 

Я к евреям равнодушен,

Мне все нации равны -

Но ей богу, вянут уши,

С этой новенькой волны.

И что-то стали слишком часто

Женщин в группы приглашать,

Это делают напрасно,

Это надо прекращать.

 

Не нужны мне "Арабески",

Мне не нужен "Белле пок"

Мне послушать интересно

Фьюджин, соул и хард-рок.

Я ползу по полу крабом?

Я не сплю, не пью, не ем:

Даже в АББЕ есть две бабы,

В BONEY M вообще гарем.

 

Мне какую ночь не спится,

Дни проходят как в дыму,

Над рок - музыкой глумиться

Не позволю никому!

ПРИМЕТЫ (ПЕСНЯ АБИТУРИЕНТА)

 

В этот тёплый летний день,

Я в кулак собрал все силы -

А вчера ломал сирень,

И искал цветок счастливый.

Пятицветик не нашёл -

В жизни счастья так не много,

А сегодня перешёл,

Чёрный кот мою дорогу.

 

Неужели муки зря

Принимал я, как на плахе?

Ведь с листка календаря

Чёртовой дюжиною пахнет -

Соль просыпал, как назло,

Опрокинул в ванной шайку,

И к тому же повезло -

Наизнанку одел майку.

 

Я не мылся десять дней,

На руках вставал с постели,

Так надёжней и верней,

Хоть в приметы и не верю.

Но чтоб экзамены сдавать

Мне немного было легче,

Всё ж приходится плевать,

Через левое предплечье.

 

Хорошо иметь друзей -

Помогли они советом.

Заплатил пятьсот рублей -

Вот это верная примета.

 

ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ ШУТА

Подарите мне песню, которую я

Петь смогу не смолкая.

Подарите мне розу, которую я

Полюблю задыхаясь.

 

Подарите мне счастье, и буду тогда

Я богаче, чем герцог.

Подарите ушедшие в небыль года,

Подарите мне сердце.

 

Дайте мне отдохнуть от завистливых глаз,

От усмешек ехидных.

Подарите мне путь, что бы смог я хоть раз

Убежать от обиды.

Подарите закат, подарите зарю,

И без облака небо.

Подарите мне Родину, только мою,

Я давно на ней не был.

 

Не дарите мне титул, я не выношу

Золотые дукаты.

Не дарите мне горе, и очень прошу,

Не дарите утраты.

 

И на счастье я не соглашусь никогда,

Что в разбитом корыте.

Вам смешно господа?

Что же, лучше тогда

Ничего не дарите.

ПОДОРОЖАНИЕ

Я зол, как сто каналий,

Нет подходящих слов,

Сбылись все предсказанья,

Завистливых врагов.

Враги предупреждали,

Враги стращали нас,

Что всё подорожает,

И чуть ли не в пять раз.

 

Я слухам злым не верил,

(Враги и есть враги),

Мечту с женой лелеял

Купить ей сапоги.

Вчера же я спросонка,

По телику слыхал,

Какой-то мужичонка

О роскоши вещал.

  

Он говорил, иуда,

Мол нас не проведёшь,

Мол сапоги — причуда,

Мол тапочки даёшь!

И ни к чему нам стенки,

Долой диван—кровать!

Отныне мы, как предки,

По лавкам будем спать.

 

Бумага - роскошь тоже,

И дерево, и шерсть.

Зачем пальто из кожи,

Коль телогрейка есть?

Хрусталь - для нас не пара,

Фарфор - для нас не пан,

Любимейшая тара

У русского – стакан.

 

И могут лишь мещанки

По золоту страдать,

На пальцы можно гайки

Стальные одевать.

Заткнём за пояс запад,

Даёшь в избушках жить!

Сплетём из лыка лапти,

И будем их носить.

 

ЭПИЛОГ;

Стою у магазина,

Чешу в затылке я,

Стеклянная витрина

Расстроила меня.

Висят там одиноко

Ковры по восемьсот,

Их видит моё око,

Да только зуб неймёт.

ПРО ЛЮБОВЬ

Это, как зимой первый чистый снег,

Я тебя люблю, милый человек.

Я так долго ждал,

Всё искал тебя,

Но другим не стал,

Всё такой же я.

 

Упаду к ногам,

За руки возьму,

Никому не дам,

Нежную мою,

Завяжу глаза

Людям всей земли,

Чтоб они тебя

Видеть не могли.

 

Месяц без тебя,

Стоит сотни лет,

Ты моя любовь,

Чистая как свет.

Пусть идут года,

Чувство не умрёт,

Ты моя мечта,

Хрупкая, как лёд.

 

Если ты уйдёшь,

Мне даря беду,

Обойду весь свет,

Но тебя найду,

Завяжу глаза

Людям всей земли,

Чтоб они тебя

Видеть не могли.

ПОЗВАЛА МЕНЯ ДОРОГА

Позвала меня дорога

В дальний путь, как в первый раз.

Я раздумывал недолго,

И решил в ну что же, с богом,

Пока месяц не погас.

Звезды будут мне залогом

В путешествии ночном,

И пускай устали ноги,

Из конца в конец дороги

Я протопаю пешком.

 

Я одно хочу сказать:

“Каждый волен выбирать

По душе, по силам путь.

Но не надо забывать,

Что недолго и отстать,

Если сядешь отдохнуть”.

 

Я возьму с собой в дорогу,

Свои песни и стихи.

Пусть стихов пока не много,

Они служат мне залогом,

Что друзей найду в пути.

Я возьму кусочек неба,

И весенних трав букет,

Я сорву листочек с вербы,

Да ещё краюшку хлеба

Припасу я на обед.

 

Рука об руку о тревогой,

Я уйду, покинув дом.

Только жалко мне немного,

Что кончается дорога

Неизбежно тупиком.

Но надеюсь я, что долго

Ещё путь мне продолжать.

Позвала меня дорога,

Я решил: ну что же, с богом,

И отправился шагать.

РУСАЛКА

Волны ломятся в трюмы,

Ветер рвет паруса,

Чайки реют угрюмо,

И черны небеса.

Пр. Слышу крик нехороший:

   "Ты погибнешь, мы знаем.

    Тебя свяжет несчастье

    По рукам и ногам" •

    Но жребий брошен -

    Это значит, что я путь начинаю,

    Отправляюсь к дальним берегам.

 

Ночь прошла незаметно,

Море ночью смеётся:

“Ну—ка, как же во тьме

Ты отыщешь свой путь?

Сколько в море навеки

Смельчаков остается,

И тебе не придется

Вновь на берег взглянуть".

        Пр.

Ночь окончилась сходу,

Я плыву в неизвестность,

Вот в дали, за туманом,

Виден берег чертой.

Только прямо по курсу,

Мне послышалась песня,

Незнакомая песня,

Повлекла за собой-

 

И я спорю с волнами,

Обо всем забывая,

И пускай понимаю,

Что я в гонке нелеп,

Но русалка все манит,

И плевать мне на скалы,

Мой корабль усталый,

Безнадёжно ослеп.

 

Вспомнил крик нехороший:

"Ты погибнешь, мы знаем,

И пожнешь только смерть,

Что там в жизни не сей "

Но жребий брошен -

Это значит, что я путь свой кончаю,

Впрочем, так же, как сотни

Других кораблей.

С ТОБОЙ НЕ ДОЛГО Я ВСТРЕЧАЛСЯ

 

С тобой недолго я встречался,

Прошло пять дней и понял я,

Что уж на этот раз попался,

Прощайте, милые друзья.

Всё было как то неприлично -

Я лишь тебя поцеловал,

А ты сорвала с себя лифчик,

А я, дурак, не побежал.

 

Ну а потом был ЗАГС районный,

Там ты была мила со мной.

И после марша Мендельсона,

Мы стали мужем и женой.

 

На свадьбе я сидел голодный,

И изучал твоих родных.

О! Если б был сейчас свободный,

То их бы не было в живых.

 

В кровать меня ты не пустила,

Сказав: "Я это не люблю",

Ты на полу мне постелила,

У двери, словно кабелю.

А через месяц ты сказала,

Что, мол, у нас родится сын,

И очень мне обидно стало,

И я тебя чуть-чуть побил.

 

Ну а потом был суд народный,

И адвокат, и прокурор,

А заключительным аккордом,

Там прозвучал мой приговор.

 

Пусть в камере темно и тесно,

Но не намерен я роптать,

Уж лучше тут трудиться честно,

Чем век с тобою коротать.

 

 

  

 

 

 

 

СОН ПАРОДИСТА

              Посв. Андрею Антонову

 

Смятенье в душе, и сумбур в голове,

И нет больше сил сочинять,

Вчера мне такое приснилось во сне,

Не дай бог - приснится опять.

 

Вот сплю я и вижу: сидит при луне

М.Лермонтов - классик родной.

Он пальцем грозит укоризненно мне,

И нервно трясет головой.

Он голосом Райкина проговорил,

То бледный, то красный со зла:

"Зачем же ты "Тучку" мою извратил?

Она так прекрасна была!"

 

Я стал извиняться (я не из задир),

Что, мол, признаюсь, виноват,

Вдруг вижу, ко мне подъезжает Шекспир

Сжимая в руках автомат.

И в лоб говорит мне великий Вильям:

“Ты что ж это, так твою мать?

Джульетту позоришь? - вот я тебе дам,

Забудешь бумагу марать”!

 

Ну думаю, баcта, каюк настаёт,

Трясусь весь, забыл что во сне,

А ежели Пушкин с гранатой придёт,

Кто вспомнит тогда обо мне?

 

Но слышу я, сзади копыта стучат,

И клич боевой в тишине?

Лук, сабля луною - ну точно - Булат

Спешит на лихом скакуне.

И если б я вовремя глаз не открыл,

Пока он с гнедого слезал,

Он точно б меня словно муху убил,

Своим палашом наповал,

 

Уже поздний вечер, но боязно спать -

Сижу, не включая огня.

Клянусь, что пародии брошу писать,

Поэты! Простите меня!

 

 

  

 

 

СТАРОЕ ПЕРО

 

Сказало старое перо

Однажды авторучке:

Забыли про меня давно,

Какой печальный случай.

Я столько отдало труда,

Чтоб вышло в свет творенье,

Так неужель пришла пора,

Придать меня забвенью?

 

Пером писали много лет

И Бальмонт, и Сальери,

И Пушкин, и Бальзак и Фет,

Мной по ночам скрипели.

Я родило на белый свет

Ромео и Джульетту,

Гусиных перьев нынче нет,

Поэтов тоже нету.

 

И авторучке стал весь мир

Постылым и немилым,

Она заплакала навзрыд,

Обычными чернилами,

Но мы то знаем, что она

Рыдала понапрасну,

Ведь это не её вина,

Что пишем мы ужасно.

 

А где бы перьев мне достать

Себе, на всякий случай?

Быть может смог бы я писать

Стихи намного круче.

Пишу я ручкой очень зря

И, видно из-за этого,

Не получилось из меня

Приличного поэта.

 

УСЛЫШАВ БЛАГОДАРНЫЙ СТУК СЕРДЕЦ

 

Всему на свете есть свои причины,

Всему на свете объясненье есть.

Лишь горечи безвременной кончины,

Нет объясненья - это просто смерть.

 

А кто из нас не говорил себе,

Что пред людьми сумеет оправдаться?

А если вдруг случалось ошибаться,

То оправданье находил в вранье.

 

Какая мелочь - сам себе соврал,

Ни кто ведь не узнает, не осудит -

Пусть думают доверчивые люди,

Что чист ты и прозрачен, как кристалл.

 

И люди скажут: "Честный человек!"

И скоро ты и сам поверишь в это,

И будешь мудрые давать советы,

Как с чистой совестью прожить свой век.

 

О сколько нас - и честных и прямых,

С открытою и чистою душой,

Гордящихся, кичащихся собой,

О лжи своей, как будто позабыв.

 

Но нет, не так, и только тот подлец,

Кто ложь свою простит себе при смерти.

Ведь чистым надо уходить, поверьте,

Услышав благодарный стук сердец.

ХОРОШО

 

Я бы мог вам пропеть песню эту,

Да ни кто б не поверил,

Что облазив почти вою планету,

Я не нашёл своей двери.

Видел стены белёные,

И глаза заморёные,

Умудрённые опытом,

Говорили вы шёпотом.

 

А сначала наивно я думал,

Что все двери распахнуты.

А когда натыкался на угол,

Удивлялся и ахал я.

И всё верил в случайности,

Говорил:”По нечайности

Натыкаюсь на стены я -

Знать дорога неверная”.

 

Долго я пребывал в неведении

Пред дверной этой тайною.

Но мимо шёл человек с ожирением,

И заметил случайно мне:

Мол напрасно я дергаюсь,

И кичусь своей гордостью,

Дверь находят способные,

И не мне, мол, подобные.

 

Но вдруг дверцу случайно приметил я

И решил, вот она — моя.

А на ней для меня привет,

То есть табличка, что входа нет.

Я по полу ползу змеёй -

Мне бы люк отыскать какой,

Наконец погребок нашёл,

Опустился я вниз – ХОРОШО.

 

ЧАСОВЫЕ ВЕСНЫ

 

В модные джинсы одеты, идём,

В модные куртки, в модные шляпки,

И наблюдают за нашим житьём,

Сидя у дома, подъездные бабки.

 

Как часовые, посменно сидят,

Против подъезда, с утра и до ночи,

И за прохожими строго следят:

Этот приличен, а этот не очень.

 

Если им верить, то все мы давно

Сбились с дороги, погрязли в разврате,

А на уме у нас только одно:

Где бы напиться, и с кем переспать бы.

 

Слух у них острый, острей языки -

Бабки их точат в любой день недели,

Вешая на спины нам ярлыки:

"Тот хулиган, тот алкаш и бездельник.”

 

Против подъезда находится пост,

А часовые - просто старухи,

Выйдешь на улицу, глядь, сзади хвост

Переплетения сплетен и слухов.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ЧЕПУХА

 

Вы попробуйте хоть раз

(Даже если нет сноровки),

Взять, включить на кухне газ,

Сунуть голову в духовку.

Всеми лёгкими дыша,

Ощущать и наслаждаться,

Как мятежная душа,

Будет с телом расставаться.

 

Впрочем это чепуха - ха - ха – ха!

Словопад из чепухи - хи — хи – хи!

 

А не плохо бы, ребята,

Взять, зажулить всю зарплату,

Чтоб с работы, да в кабак,

А жене отдать трояк,

А придут к вам если гости,

То встречать их налегке,

И не то чтоб налегке,

А в трусах и пиджаке.

 

Впрочем это чепуха - ха - ха – ха!

Словопад из чепухи - хи — хи – хи!

 

Что бы только было в мире,

Если б чепуху любили?

Мы тогда бы лодку сбили,

В город Чепухинск уплыли.

В Чепухинске день-деньской,

Занимались чепухой,

По морю коров пасли,

Окуней в лесу ловили,

Ели б воду,

Хлеб бы пили,

По-турецки говорили,

В общем весело бы жили.

 

Впрочем это чепуха - ха - ха – ха!

Словопад из чепухи - хи — хи – хи!

ЧТО ЖЕ ДЕЛАТЬ?

 

Что же делать, когда вырастаешь из школьного платья?

И какие одежды тогда одевать?

Мы ещё не успели от жизни устать, и

Там так много захочется людям сказать.

 

Это глупость - во всём и всегда уповать на везенье,

Ведь у каждого в жизни бывает свой день.

И в такие часы наблюдается сердца горенье,

И безумные мысли - творить для людей.

 

Тот, кто в сердце своём тот огонь никогда не потушит,

Пусть сгорит, но красиво, на зависть врагам.

И всё чаще встречаются только холодные души,

Что как мыши скребутся во тьме, по углам.

 

Вы не верьте, не правда, ни кто в этом мире не лишний,

Каждый волен свой путь выбирать себе сам,

Мы должны успевать очень многое в жизни,

А кому же еще успевать, как не нам?

 

Эти мысли банальны, но вечны, как вечна планета,

Эти отроки прочел я у классика в пыльных томах:

Пусть мы будем в красивые платья одеты,

Пусть красивые души поселятся в наших телах.

 

Я УЖЕ НЕ ЛЕТАЮ ВО СНЕ

 

Я уже не летам во сне,

Не качаюсь на тонкой луне,

Не ищу я в тумане звезду,

И за триста земель не пойду,

Босиком по росе, не хочу,

И от счастья уж не закричу.

 

ЧТО ТЫ НА МЕНЯ ГЛЯДИШЬ?

Что ты на меня глядишь,

Как удав на кролика?

Не понять тебе ни в жизнь

Душу алкоголика,

Знаю знаешь ты, что я

Души в тебе не чаю.

Но, по правде говоря,

Я с тобой скучаю.

Пр.  Всё моё счастье –

     Двести граммов рядом,

     Ну а больше ни чего

     Не надо.

Мне досуг культурный твой

Встал поперёк горла.

Вот вчера зашла за мной,

И в кино попёрла.

Да плевать мне на кино,

И на театр тоже,

Одна мысль меня давно,

Как собака гложет.

        Пр.

Эта  мысль во мне свербит,

Бьётся по затылку:

"Думай, думай - говорит -

Где достать бутылку",

Тот кто ищет тот найдёт

Даже в воскресенье.

Не хлебать же мне компот

С тяжкого похмелья.

        Пр.

Всеми фибрами души

Выпить я желаю.

Эх, ребята алкаши,

Где вы счас? - не знаю.

Если б вас я отыскал,

То друзья, ей богу,

Я б давно уж зарыгал

Всю эту дорогу.

Только нет моих друзей

С помыслами добрыми.

И стою я перед ней-

Перед гнусной коброю,

И её я как змею,

Как кобру заклинаю:

”Дай трояк, не то пропью

Клетку с попугаем”.

ЭМИГРАНТАМ

         ”Ах, как больно в груди,

          Ах, как хочется плакать,

          Перестаньте кричать,

          Надо мной, журавли.”

         (Из песен эмигрантов.)         

Эта песня мне жутка -

О сломленной вере,

О пшеничных полях,

О родных журавлях,

Вновь поёт институтка,

Дитя камергера,

На чужой стороне,

И в чужих кабаках.

Пр.    Журавли пролетают

       Под небом синим.

       Их тревожная песня,

       За собою зовёт.

       Может быть вы не в силах,

       Прожить без России,

       А Россия без вас проживёт.

Кто как может, живут

В офицерском и в штатском,

А что было, что будет,

Им уже всё равно.

Запивая тоску

Знаменитым шампанским,

Они Родину видят,

По цветному кино.

      Пр.

За красивую жизнь,

Вы увязли в трясине,

Даже стали похожи

На парижских гуляк.

Но зачем вы скулите

Опять по России?

Ни к чему ваши песни,

О полях – журавлях.

      Пр.

Нынче стали вы жиже —

Просто нервные люди,

Что случись, сразу в слёзы,

Или за пистолет,

Так живите в Париже,

У нас не убудет,

Вы опомнились поздно,

И просрочен билет,

 

Пр.

А В РЕСТОРАНЕ…

Пр. А в ресторане кормят балыком,

    А в ресторане поят коньяком,

    Как придёшь, так просто королем,

    А уходишь голым дураком.

А из крана капает вода,

И отходы пиши бродят у ведре.

Я сижу на кухне, ну дела,

И картошку кушаю пюре.

         Пр.

Я решил, не буду месяц жрать,

И пускай кишки трубят матчиш,

Надо все же ресторан познать,

Так всю жизнь на кухне проторчишь.

         Пр.

Накопил деньжат, в Валдай пошёл -

Хоть кафе, а тоже денег дай

Ох, видать, внутри там хорошо,

Раз снаружи очередь, как в рай.

         Пр.

Чтоб свои же денежки пропить,

Надо ждать не менее чем век,

И пришлось швейцару заплатить,

Пропустил - хороший человек.

         Пр.

Заказал бутылку коньяка,

И салат из крабов и яиц.

На официантов из под козырька,

Я смотрел как на своих убийц.

Словно гром в ушах их приговор,

Чую дыбом волосы встают.

Я же, братцы, не монетный двор,

Я же эти знаки не кую.

 

Тут ко мне их главный подошел,

Шея напряглась под головой.

Я часы оставил и ушел,

С превеликим ужасом домой.

Вновь из крана капает вода,

И отходы пищи бродят у ведре,

Я сижу на кухне, вот беда-

Не хватает даже на пюре.

          Пр.

    

А КОМУ ЖЕ МОЖНО ВЕРИТЬ?

Как странно получается:

Мы в первый раз влюбляемся

Не в ту, а может не в того.

И вот уже расстались мы,

И вот уже раскаялись

В порыве чувства первого.

 

Но вновь, развесив уши,

Мы слова признанья слушаем,

И верить хочется опять.

Но снова вдруг окажется,

Что это только кажется,

И вновь обман, ни дать, ни взять.

 

А кому же можно верить?

А в кого влюбляться мне?

Закрывают плотно двери,

Зажигают свет в окне.

Я иду по темной улице,

А рядом тебя нет,

Но в душе мне все же верится,

Что выйду я на свет.

 

Как странно получается -

Лишь двое повстречаются,

И вот уж кажется - она,

Пришла твоя любимая,

Одна, неповторимая,

С затасканным названием "судьба",

 

Вот пролетает весело

С подругой первый месяц твой,

И кажется, пришла любовь.

Но вдруг благой порыв прошел,

И хлопнув дверью ты ушел,

И ни во что не веришь вновь.

 

А кому же можно верить?

А в кого влюбляться мне?

Закрывают плотно двери,

Зажигают свет в окне.

Я иду по тёмной улице,

А рядом тебя нет,

Но в душе мне все же верится,

Что выйду я на свет.

 

Пусть песенка циничная,

История привычная,

Что сделаешь - бывает так:

Ходишь, ищешь и находишь,

Потеряв потом, уходишь,

И вновь ищешь -

Вдруг найдется та,

Та, которая сумеет

Сделать так, чтоб ты поверил,

Что она и есть твоя судьба,

Что бы стал ты аккуратным,

И опрятным, и приятным,

И не хлопал дверью никогда.

 

А ЭТО КТО ЕЩЁ ТАКОЙ?

 

Кто уходил, кто возвращался,

Кто всё терял, кто всё нашёл,

А я же дома оставался,

Мне дома было хорошо.

 

Кто умер вдруг, кто вдруг родился,

Кто ждал чего-то, кто не ждал,

Я ж на судьбу свою не злился,

Не уставал, не отдыхал.

 

Кто полюбил, а кто-то бросил,

Кто жить хотел, а кто страдать,

Я ж поднимался ровно в восемь,

А ровно в десять шел в кровать.

 

Кто был послушным, кто ленивым,

Кто ненавидел, кто любил,

Кто пил коньяк в прихлёбку с пивом,

А я все потихоньку жил.

 

И вот однажды кто-то брякнул,

Что отошёл я в мир иной,

И каждый удивлённо крякнул:

" А это кто еще такой?! "

 

 

БЕЗРАЗЛИЧНЫЙ ВАЛЬС

Солнечным утром я вышел из дома,

Ты мне кивнула, как старый знакомый.

Падали листья жёлтые с веток,

А я тебе ни чего не ответил.

 

Я не заметил глаз твоих нежных,

Я не хочу, чтоб всё было как прежде.

Прежние радости и огорченья,

Ссоры, разлуки и примиренья.

 

Всем нашим ссорам есть объясненье,

Очень простое с моей точки зренья:

Просто друг друга мы не любили,

Просто мы разными жизнями жили.

 

Лучше вы вовсе нам не встречаться,

Не помнить старое, не улыбаться,

Раз мы с тобою разные люди,

То пусть наши судьбы разными будут.

 

Лучше бы раньше нам было заметить,

Как не легко жить нам вместе на свете.

К свадьбам веселым осень привычна,

Только нам это с тобой безразлично.

 

 

 

ГИМН ТЕЛЕФОНУ

Что ни говори, но человеку,

Нынче много легче стало жить,

Телефон - изобретенье века,

Вон он, словно памятник стоит.

Хорошо побыть часок в эфире

Лясы поточить о том, о сём.

У меня их целых три в квартире,

И каждый параллельно подключён.

 

Как удобно, выгодно и просто,

Вот понёсся голос мой во тьму -

И все наболевшие вопросы,

Я теперь решаю на дому:

”Вась, слыхал? - картошка дорожает,

Польша то бастует на корню,

А нам одни глазки пересылает,

Ну я тебе попозже позвоню”.

 

Трубку снял, раз - два, и все готово.

И не надо дёргаться, юлить,

Обеспечена свобода слова,

Можно обо всём поговорить:

”Вась, привет. Ты с кем сейчас трепался?

Слушай, сообщу тебе секрет -

А начальник наш проворовался,

Посадили гада на пять лет”.

 

Если вас безделье дома гложет,

Если вас ни кто ни где не ждёт,

Телефон и в этом вам поможет,

Целый вечер запросто убьёт.

"Вась, привет, ну как жена, как дети?

Как у Жучки ухо? Не встает?

Как у вас там солнышко? не светит?

Ну пока, делов невпроворот”.

 

Только чаю заглотну с лимоном,

И как месяц выглянет в окно,

Я бегу скорее к телефону,

И понеслось, поехало, пошло.

Телефон завоевал планету,

Вот он века нашего секрет,

И не пожалею я монету,

Подключу четвёртый в туалет.

 

 

ГИМН УНИТАЗУ

Сижу на краю унитаза,

Как орёл на вершине Кавказа.

В руках я газету держу,

Читаю и вдумчиво сру.

 

Вода подомною струится,

И тянет, и тянет напиться -

Родник есть в квартире столичной,

Жаль, пить из бочка не прилично.

 

Пр.  Как нос, как уши, пуще глаз,

     Ты береги свой унитаз.

 

Вот чувствую я облегченье,

И вскоре уносит теченьем,

В подземный канал нечистоты,

Которые гнал я до пота.

Ах как хорошо сигарету

До фильтра скурить в туалете,

Какая сравнится читальня

С удобной, уютною сральней.

 

О, славьтесь мои унитазы,

Горшки и вечерние вазы -

И сидя на белом краю,

Я в тысячный раз повторю:

       Пр.

 

ГОРОДСКОЙ ВАЛЬС

 

Словно грязною ватой, укрыл серый дым

Крупноблочные башни,

Я на улицу вышел под вечер один,

И вдруг стало мне страшно.

 

Не деревья вокруг, а столбы стоят,

Не зарницы горят, а фары,

Не трава-мурава, а асфальт, асфальт,

Нет тропинок, кругом тротуары.

 

А дома на меня свысока глядят,

Словно боги в языческом храме.

Так и жду, что набросятся и съедят,

Или личность во мне подавят.

ДОРОГА - БЕСКОНЕЧНОСТЬ

Дорога - бесконечность,

Кто скажет, что не так?

Дорога это вечность,

А вечность - не пустяк.

А мы у этой вечности

Мгновенье украдём,

Пройдя своим путём.

 

Кажется мне, что окончена дорога,

И пришла пора присесть и отдохнуть,

Но едва я дух переведу немного,

Впереди опять далёкий путь.

 

Шоссе или тропинка,

Проспект или прогал,

Истоптанным ботинкам

Уж счёт я потерял.

Дорога из дороги,

Как речка из ручья,

И каждая из них ничья.

 

Кажется мне, что окончена дорога,

И пришла пора присесть и отдохнуть,

Но едва я дух переведу немного,

Впереди опять далёкий путь.

ДРУЗЬЯ, ПРЕКРАСЕН НАШ СОЮЗ!

Друзья, прекрасен наш союз,

А это так прекрасно!

Гордится первой группой ВУЗ

Ей-богу не напрасно.

А деканат глядит на нас

И гордо и восторженно,

А сколько выпьем мы сейчас,

Предвидеть очень сложно.

 

Пр.  Нам бог не судья,

     И нет такой силы,

     Что сможет нас вдруг одолеть,

     Станкина скамья —

     Не скамья подсудимых,

     На ней можно и посидеть.

 

А в первой группе каждый раз

Царит благополучие.

Какие девушки у нас! -

Вы не найдете лучше.

Учёба - это не игра,

Но ни один не воет.

А сколько пили мы вчера,

Ни кто теперь не вспомнит.

 

Пр.

 

Сомкнём же поплотней ряды,

И всё на свете сможем.

Мы нашей дружбою горды,

Она всего дороже.

За наши светлые умы

Хлебнем глоточек лишний,

А сколько - завтра выпьем мы,

Не знает и всевышний.

 

Пр.

ЗА МНОЙ ЕЩЁ ОСТАЛОСЬ СЛОВО.

Дорогу каждый выбирает сам,

Стараясь не переступать границы.

Давайте выкинем ненужный - хлам,

Который в жизни нам не пригодится.

 

Бывает так, что спутались пути,

И кто—то на твоём нахально встанет,

И может даже лучше не идти,

Но даль зовет тебя, дорога манит.

Свинцовым грузом на сердце лежит,

И мысли путает до одуренья.

Пусть сердце не титан и не гранит,

Но будет биться до изнеможенья.

Я сам свой путь в распутье выбирал,

М ныне не желаю я другого.

Спокойно, я ещё не досказал,

За мной еще осталось слово.

 

И это слово я произнесу,

И понесёт его над головами,

И может меня к небу вознесут,

А может быть затопчут в грязь ногами.

Ни разу сам себе я не соврал,

Пусть правда иногда была суровой.

Спокойно, я ещё не досказал,

За мной еще осталось слово

 

И пусть у всех у нас короткий век,

А жизнь как вспышка, только помнить важно,

Что станет человеком человек

Лишь тот, кто своё слово в жизни скажет.

Выходит сам себе я доказал,

Что сам я человек пока условно,

Спокойно, я ещё не досказал,

Но я сказать успею слово.

 

ЗВУКИ МУЗЫКИ

Ты прикоснулась к клавишам рояля,

Я зажигаю свечи на столе.

Я знаю, ты мне Моцарта сыграешь,

И зацветут тюльпаны в феврале.

 

Пр.  Ах, звуки музыки чудесны.

    ”Сыграй ещё, — прошу я вновь, —

     Про жениха и про невесту,

     Про счастье, дружбу и любовь.

     Ещё сыграй про наши встречи,

     Играй все ночи напролёт.

     Растает вечер, словно свечи,

     Свеча растопит грусти лёд”.

 

И в этот миг, мне вдруг веденье показалось:

На нас смотрели Моцарт, Бах и Григ,

Потом ушли, а музыка осталась,

Чтоб сделать нас счастливыми на миг.

 

Пр.

 

Ты опустила руки на колени,

И перестали клавиши звучать,

А звуки бродят в комнате, как тени,

И не хотят нас утру отдавать.

 

Пр.

 

 

ИСПРАВЛЕНИЕ

Заловили у пивной,

С непокрытой головой,

Я лежал ничком в грязи,

Мне подняться помогли.

 

В милицейский воронок,

Я забраться сам не смог,

Но в него забросили меня,

Супротив желания.

 

Я проснулся сам не свой,

Весь разбитый и босой,

Глядь, казённая пастель,

А на пятке номер семь.

 

И домой я вернулся другим человеком,

Я понял, что больше так нельзя на свете жить.

А жене замахнулась табуретом,

И по спине она меня нещадно стала бить.

 

" Ах ты подлый негодяй,

убирайся жить в сарай,

Не хочу с тобой я спать"—

И пришлось мне отвечать:

 

"Ах, жена, ты милая,

Не брани ты меня.

Я не буду больше пить,

Буду обществу служить.

 

И с тех пор я третий год подряд,

Потребляю квас и лимонад.

Я навеки бросил пить,

Чтоб здоровье сохранить.

Я теперь совсем другой,

Я в пивную ни ногой.

Так спасли, спасли меня

Милиция и семья.

ЛИШНИЙ

Окончился день, начинается вечер,

А ты, как всегда, ни что сделать не смог.

Ты был человек, а теперь - человечек,

Когда то - фигура, а ныне — плевок.

Ты ищешь кого-то, кто в этом виновен,

Но кроме тебя, не виновен никто.

Ошибки твои, свернулись бедою,

И в этом не стоит винить никого.

 

Ты можешь кричать, что ты сильный и честный,

Тебя всё равно не услышит никто.

И сам ты охрип от речей бесполезных,

Которые всем надоели давно.

Когда ты проходишь, плюют тебе в спину,

А кто-то пинает ногою под зад -

Но это нисколько тебя не обидит,

И ты веселишься, и снова ты рад.

 

 

Чего же ты ждешь в обворованном мире?

О чем ты мечтаешь в ночной тишине?

Ведь все, что тебе приходилось увидеть,

Ты видел снаружи, я вижу в тебе:

Я вижу, что ты на себя не в обиде,

Я вижу, к упрекам привык ты давно.

Такие, как ты, по сто лет живут в мире.

А впрочем и это тебе всё равно.

МИНА

Я бегу до магазина, брезжит в далеке рассвет,

“Опасайся дерматина!”- мне кричит жена во след.

Куртки! Кожаные куртки нынче будут продавать,

Ну а может это утка, чтоб торговлю подорвать.

 

Но к назначенному сроку успеваю всё же я:

”Опасайся ”самострока” - сзади шепчут мне друзья -

“Конваир” в универмаге будут нынче продавать,

Чувствую, что врут стиляги, чтоб торговлю подорвать.

 

На спине рубаха взмокла - вот как быстро я бежал.

"Ты проверь, чтоб были стекла" - кто-то сзади мне шептал.

В магазине нынче драки, завезли очки опять,

Чувствую, что это враки, чтоб торговлю подорвать.

 

В магазин примчался взмокший: ”Где тут джинсы, где очки?”

А на прилавке лишь галоши, ну и детские сачки.

Говорят, что в магазинах всё скоро будут продавать,

Чувствую, что это мина, чтоб торговлю подорвать.

 

МОНАХ

Я ушёл от забот и мирской суеты,

Я живу, как монашка святая,

Я не знаю любви, только призрак мечты,

Иногда меня вдруг посещает.

Не зовёт меня жизнь, не прельщает полёт,

Под замками все чувства,

Я молюсь за людей, день и ночь напролёт,

Это тоже искусство.

 

Слепо верю я в то, что молитва моя

Чем ни будь вам поможет,

Но, по правде сказать, понимаю, что я

И смешон и ничтожен.

Все слова и молитвы мои неспроста

В пустоту улетают,

Знаю я - мир жесток, а дорога пуста,

3ря по ней я шагаю.

 

Но ни кто никогда мне не скажет:

Постой. Твой удел ведь не в этом.

И обходят мой дом стороной, стороной,

Не помогут советом.

 

Что ж, спасибо и я одинок, как всегда,

И как камень спокоен,

И течёт в моих венах не кровь, а вода

Грязной мутной рекою.

ПАРТИЗАНЫ

Провал операции был предрешён,

Но нам рассуждать не положено,

Приказ — это как на гражданке закон,

Но только намного строже.

Вчера нам прислали пакет голубой,

Приказ на бумаге тонкой:

Прорвать оборону любой ценой,

И выйти к линии фронта.

 

Пр. А люди, как кошки видят во тьме,

    А люди, как звери, слышат-

    А сердце колотится и на войне,

    И лёгкие так же дышат.

 

В лесу мы, но где же ты, где тишина?

На сердце осела сажа.

Ведь кровью залита родная земля,

В которую завтра ляжем.

Мы сделали кажется все, что могли,

И гибли вполне удачно,

Но снова приказы с "большой земли",

И ящик патронов в придачу.

       Пр.

НАДОЕЛО УЧИТЬСЯ

Все друзья с работы по домам идут,

Отдыхать от трудовых побед.

Ну а я бегу трусцою в институт,

Мне покоя днём и ночью нет.

 

Надоело, надоело учиться,

И зачеты бесконечно сдавать.

Лучше водки в подворотне напиться,

А потом безмятежно поспать.

 

Травка зеленеет, и цветут сады,

И улыбок радостных не счесть.

Мне бы корку хлеба и глоток воды.

Ах как, братцы, хочется поесть!

 

Легок я, прозрачен, будто бы гипюр,

Я не спал, всю ночь учил, зубрил.

А по сопромату начертить эпюр,

У меня уже не хватит сил.

 

Надоело, надоело учиться,

И зачеты бесконечно сдавать.

Лучше водки в подворотне напиться,

А потом безмятежно поспать.

 

 

НЕ ТЕРЯЮТ ЛЮБИМЫХ СЛУЧАЙНО

 

 

Пр.    He теряют любимых случайно,

       Не ищите в разлуке спасенья,

       Если ты молчишь…

       Я обидел тебя нечаянно,

       Я прошу у тебя прощенья,

       Если ты простишь…

 

Не бывать ни горю, ни беде не бывать,

Там, где любят сердцем и душой.

Это счастье - просто так, в глаза сказать:

Ты моя, а я навеки твой.

И не зря, наверно, люди всех веков,

Плавали за тридевять земель.

И любой из нас искал свою любовь,

И любой обламывал сирень.

О ВИНАХ

 

 

О винах классики писали,

И чувствую, настал мой час.

"Мускат " и "Вермут " мы знавали,

Но пьём, как правило — "Кавказ".

 

Вот раньше люди - кремни были,

Куда тянуться нам до них,

За раз по шесть пол-литров пили,

На одного, не на троих.

 

Что в воскресенье - даже в среду,

Когда-то были времена,

Любой паршивый граф к обеду,

Имел бутылку - две вина.

 

И все отличного разлива,

Не разведённые водой,

А нынче водку или пиво,

Всё гонят из одних помой.

 

О, опасайся, человече.

Не вздумай выпить натощак,

Побереги свой нос и печень,

А так же выцветший пиджак.

 

Мы все пробойные ребята,

И нас ни чем не запугать.

И мы на зло всем суррогатам,

Первач в кладовке будем гнать.

 

О ПОДОРОЖАНИИ БУМАЖНОЙ ПРОДУКЦИИ

 

Я не сдаю макулатуру,

Такой отсталый человек.

Хожу в библиотеку сдуру,

Там хватит этих книг на век.

А древесина дорожает,

Леса гниют, куда ни глянь.

А что нас завтра ожидает?

Какую с нас изымут дань?

 

Куда ни глянь, зимой и летом,

В киосках, где союзпечать,

Скупают граждане газеты,

Чтоб на работе не скучать.

По дюжине за раз хватают,

За стол садятся, и читать,

Потом обедать убегают,

Потом опять, кроссворд гадать.

 

Я понял сразу, что газеты

Дороже делают не зря:

Повысить надо нам в процентах

Производительность, друзья.

Меня один лишь факт смущает,

Рулон бумаги в туалет,

Ведь он же тоже дорожает…

Вот тут мне не найти ответ.

 

На этом деле экономить,

Нам, право слово, ни к чему,

И скажем, что желудки гробить,

Мы не позволим ни кому.

 

Hosted by uCoz