обратно

1991год

ВСПОМНИ

 

Вспомни,

Тогда тебе было четырнадцать лет,

И каждая карта – в цвет.

Вспомни,

Тогда ты собрал свой первый букет,

На клумбе, где был РАЙСОВЕТ.

И  сердце гранатой взрывалось в груди,

А губы дрожали: приди! Приди!

 

Вспомни,

На листьях берёзовых капли дождя,

Они опьяняли тебя.

Вспомни,

Лихие советы давали друзья,

Вспомни смущённым себя.

Так всё это было в четырнадцать лет,

А  губы её прошептали в ответ:”Нет, Нет”.

 

Вспомни,  и нервная дрожь пробежится по коже,

Вспомни,  гитара моя тебе вспомнить поможет…

 

Вспомни,

Листая страницы досужих газет,

Про свой самый первый букет.

Вспомни,

Что всё это было с тобой, чёрт возьми,

И на руки сына возьми.

А ближе к концу, время мчится быстрей,

Чем ближе финал, тем память безжалостней

ПЕСНЯ ПРО ПЕДАГОГА

       (из Селигерских сказок)

Он был туристом на-подводным,

Любую муть мог переплыть.

Но каждый день ходил голодным?

-Кастрюлю было жаль коптить.

Его любимый старый примус

Весьма изрядно проржавел,

И, выпуская много дыма,

Вскипать, засранец, не хотел.

Пр. Молодые педагоги -

    Непоседливый народ,

    Тоньше шея, длиньше ноги,

    Глубже грудь и шире рот.

Он был великим оптимистом,

Он всех смешил, но как тут быть,

Всем тем, кто сним общался близко,

Хотелось тут же слёзы лить.

Он за угрём нырял в пучину,

По пояс в норы заползал,

Пусть попадалась только тина,

Наш педагог не унывал.

          Пр.

И не смущаясь поражений,

Он снова в топи лез нагой,

Тут кто-то внёс предположенье,

Что педагог умом больной.

Ну что ж что мозг не так устроен,

Зато до жопы позвонков,

Страна нуждается в героях,

А ей рожают дураков.

 

Однако надо что-то кушать.

В катамаран сел педагог,

Но словно угорь был иссушен,

И с ветром справиться не мог.

В клубок сплетались руки, ноги,

Звенела ребрами спина,

Чудны на воле педагоги,

И педагожья жизнь странна.

         Пр.

Белеет парус белокожий,

Средь волн, вдали от берегов.

Там педагог своею рожей,

Пугает рыб и рыбаков.

У каждого своя дорога,

Мы все не властны над судьбой...

В Москве я встретил педагога,

Он не здоровался со мной.

ВСТРЕЧА В РЕСТОРАНЕ

В лучшем баре – ресторане,

Словно фраер на диване,

В томной позе, полулёжа,

Я досуг свой провожу.

Слева Аня, справа Таня –

Чутки и нежны, как лани,

А вокруг чужие рожи,

Но на них я не гляжу.

 

Я гляжу как раз левее,

Где за столиком робея,

Напряжённо выгнув спинку,

Спрятав ручки меж колен,

Рядом с холеным лакеем,

Робких глаз поднять не смея,

Как сошедшая с картинки,

Сидит Маркова Элен.

 

Я лишился дара речи:

Это ж надо, вот так встреча!

Лет пятнадцать уматало,

А ведь будто бы вчера

Возле школы на крылечке,

Я обнял тебя за плечи,

Ты конечно не узнала

Одноклассника Петра.

 

А я всё помню, буду гадом:

Как сказала ты: не надо,

Что мол мне не по карману,

И чтоб рядом не скулил,

Как я шёл с потухшим взглядом,

Как на крышку гроба падал,

Мягкий снег, когда я маму,

Через месяц хоронил.

 

Я был голый, я был нищий,

И ненужный, словно прыщик,

Но дела попёрли в гору,

Взял меня в партнёры бог.

Раньше ездил я на крышах,

А теперь швыряю тыщи,

Я б тебе весь этот город

Подарить сегодня смог.

 

 

Видно дело твоё плохо,

Раз ты пьёшь с каким то лохом,

Знать шестёркою постылой

Обернулась дама пик.

По тебе я Ленка сохну,

Только я скорее сдохну,

Чем забуду всё, что было,

Хоть на самый краткий миг.

 

И загнав поглубже стоны,

Поступил я очень скромно:

Встал, представился, как будто

Ни когда её не знал,

Подошёл к её патрону,

Угостил “Наполеоном”,

Ей вручил корзину фруктов,

И покинул гордо зал.

 

 

БЫВШИЙ ЛУЧШИЙ КОРЕШОК

Мы с Валеркой рядом жили,

На десятом этаже.

Мы ещё не говорили,

Но дружили мы уже.

Всё на пополам делили,

Вместе в детский сад ходили,

Из одной бутылки пили

Бормотуху в гараже.

 

За одной сидели партой,

Целых восемь долгих лет,

На двоих продули в карты

Новый мой велосипед.

Кто на нас баллон покатит,

Тот в пятак сей час же схватит,

Мы ведь как родные братья,

Нам семь бед – один ответ.

 

Только вдруг конфуз случился,

Принесла весна беду:

Лерка по уши влюбился,

На шестнадцатом году.

Я звоню ему, скучаю,

А он дверь не открывает,

Говорит: заболеваю,

И в пивнушку не пойду.

 

Значит я теперь не первый

Твой, Валерка, корефан?

Я зарежу эту стерву,

Эту самую ляфам.

Пребываю в исступленьи,

Я на грани преступленья,

За такие выступленья,

Ты схлопочешь по зубам.

 

Значит я теперь не нужен,

Как отрезанный кусок,

Значит по фигу вся дружба,

И важней её пупок?

Променял меня, как трёху,

На какую то матрёху,

Убежит, потом не охай,

Бывший лучший корешок

 

СКОРО СКАЗКА СКАЗЫВАЕТСЯ

 

Я родился в перестройку,

В перестройку и помру.

В голове моей помойка -

Это козни ЦРУ.

Что же это за свобода,

Если нету колбасы?

Если надо день работать,

Чтоб хватило на трусы.

 

Самый первый перестройщик,

Говорят, Никита был.

По трибуне бил калошей

И Америке грозил.

"От борта и прямо в лузу!" -

Был такой его девиз.

Колосилась кукуруза,

Предвещая коммунизм.

 

Скоро сказка оказывается,

Да нескоро дело ладится.

Это просто называется:

Сгоряча в штаны обделаться.

 

Поражение Никиты,

Не смутило Горбача.

Взял бразды он деловито,

Схоронив Устиныча.

"Вы в меня поверьте люди.

Подускоримся ещё,

И в молоке купаться будем,

Будем писать через шёлк".

 

Скоро сказка оказывается,

Да нескоро дело ладится.

Это просто называется:

Сгоряча в штаны обделаться.

 

Затянулась перестройка,

Обесценились рубли.

Водка нынче стоит столько,

Сколько раньше "ЖИГУЛИ".

Как в общественном сортире

Что ни день, переполох.

Нас жалеют во всём мире,

Шлют тушенку и горох.

 

Скоро сказка оказывается,

Да нескоро дело ладится.

Это просто называется:

Сгоряча в штаны обделаться.

 

Хорошо поехать с Раей

В Краснодар и Ленинград,

Но красивыми словами,

Не прикроешь голый зад.

Перестроиться мы можем -

Это нам не привыкать,

Но скажите, если можно,

Что там будет дорожать?

 

УБЕЖДЁННЫЙ ЧЛЕН  ( КПСС ).

 

Я убеждённый член КПСС.

Да, да, я – член, пусть каждый это знает.

Пусть нету результата, сам процесс,

Меня, как члена очень  возбуждает.

 

Я под пупком сарделькою повис,

Как рядовой строитель коммунизма –

Корнями к верху, а головкой вниз,

Устав служить предметом онанизма.

 

Вот такой сексуальный рассказ.

Без прикрас расскажу, буду гад.

Я так долго насиловал вас,

Но теперь я социал – демократ.

 

Ведь тот, кого я в Папы выбирал:

ГомоГенсек – мой ориентир идейный,

Любую дырку мною затыкал,

И получал при этом наслажденье.

 

И я был рад в дыру любую встрять,

За всех вождей, что живы и не живы.

А нынче мне не хочется вставать,

Меня не возбуждают их призывы.

 

Вот такой сексуальный рассказ.

Без прикрас расскажу, буду гад.

Я так долго насиловал вас,

Но теперь я социал – демократ.

 

Не надо меня больше теребить,

Я не полезу в новую прореху.

И Членам тоже что-то надо пить,

В гробу я видел этого Генсека.

 

Теперь я убеждённый паразит,

Я стал хвостом, я вырвался из плена,

Ну а Генсек, бог даст, меня простит,

Ведь у него ещё так много членов.

 

Вот такой сексуальный рассказ.

Без прикрас расскажу, буду гад.

Я так долго насиловал вас,

Но теперь я социал – демократ.

СКАЗКА ПРО БУРАТИНО

 

В тридевятом государстве,

Слава богу не у нас,

Жил шарманщик Карло - рока мастер

Но отнюдь не Карло Маркс.

Он башлял зимой и летом,

Ручку ящика крутил,

Пел слезливые куплеты

О несбыточной любви.

 

А в это время, а в это время,

А в это время через горы и долины-

Шёл из полена, шёл из полена,

Шёл из полена выструганный Буратино.

Он не троцкист, не анархист и не кадет,

Грел ягодицы его в шортах партбилет.

 

В тридевятом государстве,

Слава богу, не у нас,

Жил, погрязший в злобе и коварстве,

Вождь и гений Карабас.

Как безмолвную скотину,

Гнул он кукольный народ,

Репрессировал Мальвину

И писателя Пьеро.

 

Такую долю, такую долю,

Такую долю всем готовил образина.

И жил подполье, и жил в подполье,

И жил в подполье выструганный Буратино.

В стране придурков, прямо на поле чудес,

Он закопал свой партбилет, сказав Брекс-Фекс

 

В тридевятом государстве,

Слава богу, не у нас,

Помер, не успев принять лекарство,

Вождь и гений Карабас.

А за старой за холстиной,

Хочешь верь или не верь,

Из подполья Буратино,

Прорубил в Европу дверь.

 

Ах что тут было, ах что тут было

Ах что тут было - просто вечный карнавал!

А Буратино, а Буратино, 

А Буратино всей жвачку раздавал.

В стране придурков, где билет он закопал,

Лопух дал корни, но естественно завял.

СКАЗКА ПРО КУРОЧКУ РЯБУ И ЗОЛОТОЕ ЯЙЦО

Все сказки из жизни, а жизнь - это вечно борьба.

У курочки Рябы нелегкой сложилась судьба.

В любой бы другой стороне ей бы жить в фаворе,

В любой бы другой стороне, но не в СеСеСеРе.

 

Такая уж эта известная всем сторона,

Где можно наесться сполна разве только дерьма.

Такая вот странная до неприличности жизнь,

Но выхода нет - если курица, значит несись.

 

Плачут дед и баба -

Очень хочут есть.

Как им бедолагам

По яйцу не снесть!

Ветхая избушка,

Ржавый котелок.

Напрягись, несушка,

Свой исполни долг.

 

И чудо свершилось, радёшеньки баба и дед -

Яйцо появилось, как Феникс из пепла на свет.

Увы преждевременно бедный старик ликовал,

Яйцо на глазах превратилось в презренный металл.

 

Пылится яйцо золотое на заднем дворе,

Поскольку оно бесполезное в СеСеСеРе.

Ax если б в Америке жили и баба и дед,

Не знали бы горя они до скончания лет.

 

Плачут дед и баба -

Как же дальше жить?

Золота навалом,

Нечего купить.

Но недолго были

Старики в тоске,

Курицу сварили

В ржавом котелке.

КОШКИ – МИШКИ

Загорелся кошкин дом,

Просто факелом пылает,

Вышла кошка на балкон,

А куда бежать, не знает.

Справа лес стеной встаёт,

Впереди глубоко море,

Слева топь сплошных болот,

Вот такое, братцы, горе.

 

Обратилась бы к друзьям:

Залечите мои раны,

А друзья то не князья –

Козы, свиньи да бараны.

Вместе пили из ручья,

Вместе жрали из корыта,

А беда – она ни чья,

Значит кошка позабыта.

 

Закачался Мишкин дом,

Только стены затрещали,

Вышел Мишка на балкон,

Призадумался в печали.

Слева красная стена,

Где то сзади  ускоренье,

Впереди нет ни хрена –

Вот такое невезенье.

 

Обратился бы к друзьям:

Залечите мои раны,

А друзья то не князья –

Козы, свиньи да бараны.

Вместе пили из ручья,

Вместе жрали из корыта,

А Россия –мать ни чья,

Как подкидыш позабыта.

 

Где тут сказка, где тут быль,

И причём здесь кошки-Мишки?

Мы для Мишки как утиль,

Так же как для кошки мышки.

И друзья у всех одни:

Козы, свиньи да бараны,

В общем что ни говори,

Только поздно или рано,

Превратится в сказку быль,

Сказка вылезет из книжки,

Для истории мы пыль,

Впрочем так же, как и Мишка.

Скрасят малость наш досуг

Поговорки, анекдоты:

Ты скажи мне кто твой друг,

Я тебе отвечу, кто ты.

 

СКАЗКА ПРО РЕПКУ

 

Как-то выпив крепко

В праздник Первомай,

Посадил дед репку,

И скаэал: “Банзай!

Что ж я всё на вобле,

Да вез витамин?" -

Тут же и удобрил,

Тут же и обмыл:

"Ты расти до неба,

Накорми весь свет,

Если нету хлеба и котлет. "          

 

Грядку копаем - все одно и то же,

Сеем, сажаем - вырастить не можем.

Это у совдепов нечего варить,

Вот отрою репу, сытно буду жить.

 

Ox похлебка сладка                

Сварится к зиме.

Приросло у бабки

Пузико к спине?

От голодной бабки,

Словно старый жид,

Дед сидит на грядке,

Репу сторожит:

"Ты расти до неба,

Накорми весь свет,                    

Если нету хлеба и котлет."

 

Грядку копаем - всё одно и то же,

Сеем, сажаем - вырастить не можем.

Это у совдепов вечный хозрасчет,

Словно тыква репа, пусть ещё растет.

 

Вечером с гулянки

Внучка прибегла -

Платье наизнанку,

А в желудке мгла.

Прямиком на грядку,

Репку скушать чтоб,

Дед схватил берданку,

И залёг в окоп:

"Отойди, шалава,

Рано плод тянуть,

До зимы дотерпим как нибудь. "

 

Грядку копаем - всё одно и то же,

Сеем, сажаем - вырастить не можем.

Это у совдепов вечный перебой,

Возвышалась репа, бомбой над грядой.

 

Стала сказка былью -

Репа - до луны.

И казались пылью,

Рядом валуны.

Только не понятно,

Как ее тащить -

Бабка слабовата,

Дед пластом лежит.

Сладко пахнет репка,

Аж щекочет нос,

Вот он продовольственный вопрос.

 

Грядку копаем - всё одно и то же,

Тянем потянем - вытащить не можем.

Всё как у совдепов, как должно и быть:

Перезрела репа, и решила сгнить.

 

 

СКАЗКА О МАЛЬЧИШЕ КИБАЛЬЧИШЕ И О ЕГО ВОЕННОЙ ТАЙНЕ

 

Пулемёт трещит зловеще,

Стали пушки грохотать -

Это буржуин - помещик,

Хочет дом свой отобрать.

Но нету больше господинов,

Всё раздали голыдьбе,

И мне досталася картина

С голой бабой на траве.

 

Тайна военная,

Тайна сокровенная-

Помер за неё мальчиш,

Славный парень Кибальчиш.

Знали б ту тайну,

Буржуям случайно бы

Подсобили разгадать,

Что бы стало чего жрать.

Эх, спихнём буржуя с трона,

И устроим жуткий "кир",

А буржуйские хоромы,

Перестроим под сортир.

По всему по белу свету,

Наплодили блох и вшей…

Эй? Живи Страна Советов,

Помни подвиг мальчишей,

 

Тайна военная,

Тайна сокровенная-

Помер за неё мальчиш,

Славный парень Кибальчиш.

Знали б ту тайну,

Буржуям случайно бы

Подсобили разгадать,

Что бы стало чего жрать.

 

СКАЗКА ПРО ИЛЬЮ МУРОМЦА И

СОЛОВЬЯ - РАЗБОЙНИКА

 

 

На дороге к Мурому

Три сосны - три дерева.

От Москвы до Мурома

Караван идёт.

Лес, да ночка тёмная,

Ни избы, ни терема,

0х и место стрёмное,

Просто дрожь берёт.

 

А дорога к Мурому

От Москвы не близкая,

Но народ покладистый,

Хоть верёвки вей.

А в лесах тех действует

Рэкитёр неистовый,

Робин Гуд по-англицки,

Разбойник -  соловей.

 

Так всегда - да, да,

Ждёт- беда - да, да,

Тем, кто сытно в России хочет жить.

Не скупить - да, да,

Поделись - да, да,

Если - хочешь здоровье сохранить.

А под градом Муромом,

В хате развалившейся,

На печи небеленой,

"Правду" подстеля,

Спал совместно с курами,

Пьяный, но не спившийся,

Силы неумеренной,

Тракторист Илья.

 

Как кооператоры,

Калики побитые,

Сбросились по "катеньке"

"Вот тебе, родной.

Что ты всё на тракторе -

Рожа не умытая,

"Хочешь стать богатеньким,

Ирода умой.

 

Так всегда - да, да,

Ждёт- беда - да, да,

Тем, кто сытно в России хочет жить.

Не скупить - да, да,

Поделись - да, да,

Если - хочешь здоровье сохранить.

 

И той ночью к Мурому,

Крики очень страшные

Доносились, жителям

Душу леденя.

Это Илья Муромец,

Бросив трактор с пашнею,

Изловив грабителя,

Мучил соловья.

 

Нету больше рэкета,

На дороге к Мурому.

Вот что значит строгая,

Сильная рука.

Был Илья колхозником,

Был Илья половником,

Стал Илья полковником

В органах Ч.К.

Так всегда - да, да,

Ждёт - беда - да, да,

Тем, кто сытно в России хочет жить.

Не скупить - да, да,

Поделись - да, да,

Если - хочешь здоровье сохранить.

 

СОЛНЦЕ КРАСНОМОРДОЕ

 

Расскажите нам девчата,

Что такое это съезд.

Где на десять депутатов,

Восемь из КПСС.

Как же мы такое гадство

Умудрились проглядеть?

Ведь теперь ей-богу, братцы,

Нечем попу подтереть.

 

Расскажите нам девчата,

Правда, что почетен труд?

Шесть процентов от зарплаты

Почему у нас дерут?

Не при дамах будет спето,

Но висит голодный хер.

Превратились в импотентов

Мужики в зСэСэСэР.

 

Пр. Солнце красномордое

    Встанет над кремлём.

    Люди мы не гордые,

    Без хлопот помрём.

    Там в гробу ударную

    Вахту нам стоять…

    Как сказал товарищ Павлов:

   "Меньше надо жрать."

 

Расскажите нам девчата,

Куда партия ведет.

Почему всю жизнь затраты

Превышают наш доход?

То ли это коммунизма

Начинается рассвет,

То ль по коммунизму тризну

Исполняет президент.

 

Расскажите нам девчушки,

Как жиреет царский двор.

А Россию – мать - старушку

Вечно мучает запор.

И от вечных революций

И от возгласов "ВПЕРЁД!",

Здесь и куры не несутся,

И картошка не цветёт.

 

Пр.

 

КОММУНИСТ ПИПИСКИН

 

Коммунист Пипискин-

Левый радикал,

Обожрался виски,

И всю ночь икал.

Заблевал пол кухни,

А под утро он,

На кушетку рухнул,

Впал в кошмарный сон.

Коммунисту снился,

Страшный катаклизм:

Буд-то прекратился

Бой за коммунизм,

Буд-то перестройки

План в бозе почил,

Буд-то он на стройке,

Грузит кирпичи.

 

Нету чёрной Волги,

Нету спецпайка,

И худеет холка

У большевика,

На руках мазоли,

В армии сыны,

Дочь в обычной школе,

Хахаль у жены,

Пьёт Кузьмич на травке

Водку за талон,

Призидент в отставке

Гонит самогон,

В общем разогнали

Весь родной ЦК,

Родину продали,

Гады с молотка.

 

Коммунист Пипискин,

Как Кинг-Конг взревел,

Похмелился Плиской,

Балыком заел,

Срочно мне газету! –

Дал команду он,

Убедюсь, что это,

Был всего лишь сон.

Он в газете видит

Сообщенье ТАСС:

Призедентом принят

Очередной указ,

Съезд опять собрался,

Принял новый план,

А ельцин оказался

Правнуком Каплан.

 

Перестройка рулит

К коммунизм-му-му,

Пол страны бастует,

Пол страны в дыму,

На прилавках ветер,

А под ними – рай,

И лысеют дети,

Как-то невзначай.

 

В общем, всё как надо –

Наши у руля,

А демократы-гады,

Дохнут в лагерях.

Закрываем тему,

Продолжаем жить,

Ох уж этот пленум…

Меньше надо пить.

 

КАНДИДАТ В ЧЛЕНЫ ( КПСС )

 

Мне говорила моя тёща:

"Зачем тебе всё это надо?

Живи как люди, будь попроще,

Иначе будешь зваться гадом. "

И мать старушка все просила:

"Не накликай сынок несчастья",

Что, мол, общаться с крокодилом

Приятней, да и безопасней.

 

Жена подушку промочила,

Устроив дома мелодраму,

И при соседях объявила,

Что не желает жить с бараном.

И корешки мои с завода,

Мои собратья по стакану,

Грозились мне начистить морду,

Коль я дурить не перестану.

 

А я решил вступить в КПСС.

Отныне я на пьянстве ставлю крест.

Мои друзья теперь Карл Маркс, Энгельс,

Ну и конечно Горбачев М.С.

 

 

Я объясню жене и маме -

Своим заядлым ельцинисткам:

Уж лучше партбилет в кармане,

Чем на столе пустая миска.

Пока вы все идёте к рынку,

Я поверну к другим подвалам,

Где есть икра и бужининка,

И всё практически задаром.

 

Да, я решил вступить в КПСС.

Отныне я на пьянстве ставлю крест.

Мои друзья теперь Карл Маркс, Энгельс,

Ну и конечно Горбачев М.С.

 

 

ЭЙ, КОММУНИСТ!

 

Токарь Козлов режет шайбы, болты и гайки.

Слесарь Рассолов клепает лопаты да клещи.

Пекарь Сурков печёт пироги да сайки,  

Где эти все нужные людям вещи?

 

Обвальщик Сизов каждый день свежует свинину,

Портной Воробьёв одеяла и куртки стегает.

Слесарь Петров собирает на ЗИЛе машины,

Где это всё и куда это всё пропадает?

Хочешь работай, а хочешь кукуй,       

B награду получишь . . . . деньги.

 

Пр. Эй, коммунист! Смело иди вперед.

    Эй, коммунист! Партия в бой зовет.

    Стул у тебя обильный,

    А я не какал давно.

    Учение Маркса всесильно,

    Потому, что верно оно.

 

Нам не узнать, что имел в виду дедушка Ленин,

Пулю пуская в лоб детишкам царёвым.

Был ли в Политбюро товарищ Берия?

Жёг ли сердца своим большевистским словом?

 

Так вот всю жизнь и балдеем от самогона,

Так вот всю жизнь и толстеем от вермишели,

Что ж это ты творишь, дурилка картонный?

Как же тебя мы сдуру не разглядели?

Всё получилось так, как ты хотел -

С утра я ещё не ел.

Пр.

ВОТ ТАКОЙ Я ЯЗЫКАТЫЙ     

Хау ду ю ду, стоять позвольте вольно,

И говорить позвольте без прикрас.  

Я сам приду, я сдамся добровольно,

Поскольку нарушаю ваш указ.        

Я вижу всё через кривую призму,    

И буду жить, пока ещё живой,        

Змеёю на груди социализма,         

Слепым кротом, шатающим устой.     

 

Вот такой я языкатый,               

Вот такой я горлопан,              

Под расстрел меня, ребята,

На три года в Магадан.             

Я конечно понимаю:

Вам б деньгами получить,

Но с моими векселями,

Только вешаться ходить.

 

Сначала я приятно растерялся:

Ужель осуществляются мечты? -

Я за три года столько начитался,

Что стал о Политбюро почти на ты.

Я перестал писать свои пасквили,

Зазря чернила сохли в пузырьке,

Но видно вы чего-то упустили,

Поскольку всё висит на волоске.

 

Мы алкогольный голод, эко диво,    

Сумели пережить, как ураган.       

Сегодня мы по потребленью пива,    

Уже не ниже западных кап.стран.

Но вышла тут опять недоработка,

Попал в просак Госснаб, Госплан, Mинфин,

Как только всюду появилась водка,

Пропало всё, включая гуталин.      

 

Что гуталин, хозяйственное мыло!   

Вы там в шампунях, а мы тут в дерьме

Ведь иногда, я извиняюсь, рыло,    

Отмыть от грязи хочется и мне.     

А чем стирать любимым нашим жёнам? 

Ногам ведь не прикажешь: "Не потей!" -

Нам, мужикам, плевать - мы не пижоны,

Но пощадите женщин и детей.        

 

 

По радио был спор ужасно жаркий,  

О способах фасовки колбасы,       

Давай, возьмём куском, а лучше палкой,

В нагрузку можно женские трусы,   

Любой набор, в любом ассортименте,

Возьмём на грудь, и всё сумеем съесть,

Котлет с презервативами завесьте,

Нет сыра? так давай от сыра плеснь.

Ну что ещё? забыты все названья,  

О ветчине не спросишь прямо в лоб,

Водички дайте, мутится созанье,

Я вспомнил, что такое ЭСКАЛОП.   

ТВОЙ ДОМ

 

По ладоням дрожь

Взглядом забытым,

Фразой не сказанной.

А по стеклам дождь

Грустью не скрытой,

Песней нерадостной.

Лето отойдёт,

Как и положено,              

В осень влюбившись.

А за нами год,

Жизни отложенной,              

Встреч не случившихся.          

 

Мой дом - это мой дом,

Твой дом в мире ином.          

А наш истинный дом             

Там, где с тобой мы будем вдвоём.

Твой долг - это твой долг.     

Твой муж — это наш рок,        

Я год выдержать смог,          

Год без тебя - невыносимый срок.

 

Тронет лужи дождь,

Ветер задует

Солнце осеннее.

Ты опять соврёшь,              

Что у подружки твоей           

День рождения.                 

Среди всех забот,             

Самая главная -                

Я, появившийся.                

Ты прости мне год              

Жизни отложенной,

Встреч не случившихся.

ЗЕЛЁНЫЕ

 

Разругались в пух и перья демократы,

И по партиям различным разбрелись.

С каждым днем у них все больше виноват

Мы виновны даже в том, что родились.

Сколько можно наживать горбы и шишки,

Как дерьмо в воде, болтаясь на плаву?

Своевременно просек я эту фишку,

И с тех пор весьма уверенно живу.

 

Пр.  Зелёные, да иностранные,

     Без вас я просто на мели.

     И что мне деревянные,

     Советские рубли!

 

По законам рынка всех нас ожидала

Конвертируемость кровного рубля,

Но опять все в десять раз подорожало,

И опять не изменилось ни чего.

Скачут граждане и лезут вон из кожи,

За инфляцией угнаться норовят,

А пеня проблема эта не тревожит,

Ведь всегда в моём лопатнике хрустят.

            Пр.

 

По наводке я залез вчера в квартиру,

Огляделся тут и там по сторонам,

Всё облазил от балкона до сортира,

Ну живут же люди, доложу я вам!

В чемоданах пачки сотенных бумажек,

Я их даже пересчитывать устал.

Но в конце концов набрёл на саквояжик,

И всё сразу встало на свои места...

            Пр.

 

Да, вам нет пути в обычную сберкассу,

Где кладут макулатуру на счета.

И по этому накопленные баксы,

Укрываю я в укромные места.

Вы устроили мне рай на этом свете,

Калорийно ем я, не отраву пью.

И конечно знает только вольный ветер,

Где я вас родимых достаю.

 

            Пр.

ПЕСЕНКА КОМПОЗИТОРА

 

Песня не знает ни каких преград,

Каждый лабает, с понтом есть талант.

Не зови Маруха вечером в кровать,

Выгодная штука песни сочинять.

 

Что мне твой пюпитр, ми бемоль – мажор,

Я и композитор, я и дережёр.

Оперы, кантаты - это все гундёшь.

Вот мои ломбады, знает молодежь.

 

Секвенсор ти – ти — ти,

Компьютер тра - ля - ля,

И песенка летит,

И денежки звенят.

И денежки звенят,

И песенка летит,

И знает всяк меня,

И всяк боготворит.

 

Пусть меня презреньем

Рокеры клеймят,

Мол мои творенья - чистый плагиат.

Я им всем на ушко буду повторять:

Если есть кормушка, значит надо брать.

 

На моих концертах нету мест пустых,

Шоу-бизнес это дело для крутых.

Эх ты а поле ветер, эх ты в попе дым,

Я до самой смерти буду молодым.

 

Секвенсор ти – ти — ти,

Компьютер тра - ля - ля,

И песенка летит,

И денежки звенят.

И денежки звенят,

И песенка летит,

И знает всяк меня,

И всяк боготворит.

ПЕСНЯ УЧИТЕЛЯ

 

С детства я прослыл упрямым,

И завёрнутым слегка.

По утрам, как бреюсь в ванной,

Так смотрю на дурака.

Насмотрюсь да насморкаюсь,

Выпью сладкую бурду,

Одеваюсь, обуваюсь

И на каторгу иду.

 

Мат кругом, в грязи и гаме

Я бреду по этажу,

И давя бычки ногами,

В класс любимый захожу.

Там Вадик тискает Маринку,

Кто-то у доски наклал,

Увернулся от ботинка,

Налету поймал пенал.

 

Учитель, ты самоубийца.

Учитель, у парня беда.

Учитель, не лучше ли смыться?

Но только куда-да-да-да?

 

С детства я не верил в бога,

Но взмолился сгоряча:

Подрисовано два рога

На портрете Ильича.

Сзади бренькает гитара,

Иванов зажёг шнурок,

И грозит подлец пожаром,

Если я начну урок.

 

Нагло финкою играя,

Смачно - харкая на пол,

Второгодник Урожаев,

В стельку пьяный в класс вошёл.

Будет приставать скотина,

Чтоб сыграл я с ним в буру,

Обзовет меня козлиной,

И помочится в углу.

Учитель, ты самоубийца.

Учитель, у парня беда.

Учитель, не лучше ли смыться?

Но только куда-да-да-да?

 

 

 

Это жуткое мученье,

Детям знанья прививать.

Мне тут по распределенью

Целый год ещё страдать.

Может гении в натуре

И Макаренко и Спок,

А мне вчера к столу и стулу

Подвели электроток.

 

Мне сегодня из рогатки

В глаз попал какой-то лох,

А на перемене пяткой

Засветили между ног.

Что грядущий день готовит?

Толь психушку, толь тюрьму.

Урожаева угроблю,

А потом с ума сойду.

 

Учитель, ты самоубийца.

Учитель, у парня беда.

Учитель, не лучше ли смыться?

Но только куда-да-да-да?

 

 

ПЕСНЯ АССИНИЗАТОРА

 

Обо мне не напишут в центральных газетах,

Не присвоят мне званья Героя Труда.

Много песен о разных профессиях спето,

О работе моей не поют никогда.

 

Мои папа и пана в любовном угаре,

Свое чадо по пьяному делу сковали.

Пусть мне морщатся вслед, но на это плевать,

Я явился на свет не сонеты писать.    

 

И пусть моя рубашка,

Испачкана в какашках,

И пусть я весь воняю,

Профессия такая.

Да, я вожу отходы

Российского народа,

И день и ночь я на посту,

Меня учуешь за версту,

В любое время года.

 

 

 

Велика Россия — нэнька, не объедешь и за год,

Там в убогих деревеньках, тоже гадящий народ.

Летом можно в огороде, под малиной иль в гряде,

Но попробуй на морозе, засосулится везде.

 

И пусть моя рубашка,

Испачкана в какашках,

И пусть я весь воняю,

Профессия такая.

Да, я вожу отходы

Российского народа,

И день и ночь я на посту,

Меня учуешь за версту,

В любое время года.

 

Нынче трубы повсеместно проложили под землёй,

Можно даже сесть как в кресло, можно даже смыть водой.

Но когда труба прорвётся, в яму ходите, как в старь,

А как до верху набьется, завопите:"Золотарь!”

 

И я тогда причалю,

И ямку откачаю,

Хотя меня ребята,

Зовут ассинизатор.

Да, я вожу отходы

Российского народа,

И день и ночь я на посту,

Меня учуешь за версту,

В любое время года.

 

ПЕСНЯ ВРАЧА

Эй! Не гадьте мне на темя,

Не долбите по дверям.

Проявляю я всё время        

Милосердие к людям,

Вас лядящих тут без счета,  

Кто с холерой, кто с чумой,

До двенадцатого пота

Я сражаюсь с хворобой.

 

Зашиваю вам порезы,

И вскрываю животы,

В попу клизму, в рот протезы,

В уши вату, лоб в бинты.

Что бабулька захворала?

Будем меры принимать.

Я могу по грамму кала,

Все болезни распознать.

 

Эх ты жизнь скоромная,

Легкое саркомное,

Эх диеты прелести,

Да вставные челюсти,

Эй, чего смурной такой?

Лечи насморк луковкой, -

Не питайся гадостью,

Будешь жить до старости.

 

Ежедневно слышу стоны,

Ну лихой у нас народ! -

Тот напьется ацетона,

Этот штопор заглотнёт.

Это ж надо так напиться

Дверь балкона отпереть,

И себя представив птицей,  

В небо синее взлететь.

 

Уповая в божью милость,    

Режу страждущий народ,    

Ну а с кем не получилось,   

Тот естественно помрёт,   

Да, случаются проколы:

Скальпель дрогнет и хана.

Что ж ругаться, всем знакомо

Состоянье бодуна.

 

 

Эх ты жизнь нитратная,

Клятва Гиппократная?     

Вся страна врачуется,    

Скоро окочурится.

Эх, ты метод Боткина,

Всё излечим водкою.       

А Чумак по телику

Снимет нам похмелийку.

СОВЕТСКИЙ ЧЕЛОВЕК

 

Раскричалась птица ворон,

И взметнулась в вышину,

Без конца у нас с Егором

Вся страна ведёт войну.

Этот скрытый мафиози,

Крёстный папа всех воров,

Перестройки серый козлик,

Отпущения грехов.

 

Как в отцепленном вагоне,

Мы не движемся вперёд,

Жизнь пропахла самогоном,

И волнуется народ.

Ни каким речам не внемля,

И устав от вечных драмм,

В страхе бьём челом о землю:

Помоги всевышний нам!

 

Вспомнив бога, в суматохе,

Понавешали крестов,

Государственные лохи –

Каждый нынче богослов.

Их теперь не заставляют

Анти-Дюринг изучать,

На ночь Библию читают,

Перед тем, как виски жрать.

 

Я не лучший из засранцев,

Чёрт поймёт каких кровей,

Одеваю крест на танцы,

Что бы выглядеть модней,

Два по сто – стакан за ворот,

И забылся в сладком сне,

Растранжирил я свой порох,

Замочил его в вине.

Застрахован и затрахан,

Подожду свой судный день,

Да брошу голову на плаху,

На кровавый голый пень,

Распластаюсь словно птица,

Возбуждая палача:

Будя, парень веселиться,

Ну давай, руби с плеча!

 

Но услышу: эко диво,

Думал Цезарем помрёт,

Каждый хочет чтоб красиво,

Да не каждому почёт.

Убирай башку с полена,

Не тебе её тут класть,

И под задницу коленом,

Ну а после мордой в грязь.

 

То-то люд честной смеялся,

И орал: давай ещё!

Пока я не оклемался

И в сознанье не пришёл.

Знать не выйдет при народе

Счёты с жизнью мне свести,

Бунтари теперь не в моде,

И герои не в чести.

 

И сказал тогда мне тихо,

В штатском скромный имярек:

Ну зачем тебе шумиха?

Ты ж Советский человек.

Под забором, на кровати,

Поздней ночью, не крича,

В крайнем случае в палате,

Под присмотром у врача.

 

Я пошёл ему на встречу,

Помер дома без проблем,

За окном был поздний вечер,

Шёл по первой КВН.

Там у них была разминка,

Зал со смеху помирал,

Ну а я как был в ботинках,

Так пришёл и дуба дал.

Как меня похоронили,

Я не видел ни хрена,

Только слышал, на могиле

Громко плакала жена.

Кореша пузырь распили,

Распрощалися на век,

Я теперь лежу в могиле,

Наш – СОВЕТСКИЙ ЧЕЛОВЕК.

ПАМЯТИ МАЙКА НАУМЕНКО

 

Я жил как мог и, как все, через день косел,

Но видит бог, что я жил не совсем как все,

Играя рок, сидя на Белой Полосе.

 

Водка под пиво - какая гремучая смесь!

И нос, как слива и очень хочется есть,

И так тоскливо, что можно с катушек слезть.

 

Но по реке нельзя на подушке плыть,

И на катушке скоро окончится нить,

Но лягушкой в кадушке тоже противно жить.

И я решил уснуть среди знакомых стен,

И мне во след засмеялась моя сладкая N,

А за стеной сосед тащился от дуэта “Кар-Мен”

 

Я странно жил и пел абсолютный стрём,

И бог решил послушать меня живьём,

И я отбыл, но сказать не забыл "адьё".

 

Я быстро мчал и добрался до белых стен.

За которыми стоял Уездный Город N.

Я в нём бывал ешё когда был не бренн.

 

О! Я так доволен, привет тебе, рокер Марк,

Старик Бетховен и славная Жанна Д'Арк!

У вас тут воля, а там сплошной Зоопарк.

 

И я подумал, что если возьму аккорд,

И Элвис Пресли со мной рок-н-ролл споёт

То будет очень чудесным наших дел поворот,

В такой тусовке право скучать нельзя,

И слева и справа мои друзья,

А ваша борьба за славу, для них – возня.

 

ПАМЯТИ ВИКТОРА ЦОЯ

 

Полунотой обрывается песня,

Полуфразой обрывается речь.

Рок-н-роллу на земле грешной тесно,

И игра, по большому счёту,

Не стоит свеч.

Люди в чёрном, моторы заводят,

Обгоняя себя и врагов,

Друг за другом на небо уходят,

По порядку своих номеров.

 

Стоп, стоп, кадр стоп,

А для мёртвого тела,

Положен гроб.

А душа улетела на небо чтоб,

Вся вселенная пела –

Стоп, кадр стоп.

 

В этом фильме, было так мало серий,

И все ждали, что будет продолжение, но

Режиссёр, уходя, попросил закрыть двери,

Слишком страшным, получилось КИНО.

 

Кадр стоп, Только дубль делать поздно,

Кто при гонке такой вспомнит о тормозах?

Люди в чёрном улетают на звёзды,

И друг другу поют рок-н-ролл в небесах.

 

Стоп, стоп, кадр стоп,

А для мёртвого тела,

Положен гроб.

А душа улетела на небо чтоб,

Вся вселенная пела –

Стоп, кадр стоп.

 

А КИНО досмотреть не придётся,

Режиссёр нас жалея, не прощаясь ушёл.

И с далёкой звезды, по имени СОЛНЦЕ,

Парень в чёрном, нам поёт рок-н-ролл.

 

Стоп, стоп, кадр стоп,

А для мёртвого тела,

Положен гроб.

А душа улетела на небо чтоб,

Вся вселенная пела –

Стоп, кадр стоп.

Hosted by uCoz